— Я в состоянии сам нанять себе терапевта. И если девчонка не уйдет, уйду я! Мне нет нужды оставаться здесь. Я имею право на уединение в своем собственном доме. И у меня нет никакого желания потакать маминым капризам.

— Она всего-навсего хочет, чтобы ты встретил подходящую женщину, — пояснил Джо.

— Которую она сама выберет, — насмешливо добавил Мэтт.

— Может, она и права. Особенно, учитывая твой последний выбор. Какой мужчина в здравом уме обручился бы с Анджелой?

— Я не был помолвлен с Анджелой. Она все это вообразила.

— Ты знаешь это, я знаю это, но тысячи читателей бульварной прессы испытывают к тебе жалость.

— Спасибо, Джо. Мне уже лучше, — мрачно пошутил Мэтт.

— У тебя был шанс рассказать журналистам правду, — напомнил Джо терпеливо.

Мэтт презрительно фыркнул.

— Я лучше перережу себе горло, чем соглашусь на интервью для женского журнала, — искренне ужаснулся Мэтт.

— Почему ты не веришь, что она настоящий терапевт?

Мэтт снова фыркнул.

— Ты так наивен во всем, что касается женщин, Джо. Я даже завидую тебе...

— Я не так разочарован и не так циничен, как ты. И только рад этому, — с вызовом ответил Джо.

— Тебя ввело в заблуждение смазливое личико...

— Оно у нее вовсе не смазливое!

— ...и жеманная улыбка.

Грудь Кэт вздымалась от волнения. Она никогда в своей жизни не жеманничала. Пальцы судорожно вцепились в дверную ручку.

— Мэтт! — вскрикнул Джо, возмущенный словами друга.

Но Мэтт был непоколебим.

— Моя мать не слишком разборчива в средствах, когда хочет чего-то добиться. А в данный момент она хочет внуков. И она всегда считала, что мужчина не в силах устоять перед определенным искушением. — Его лицо помрачнело еще больше при воспоминании о попытках матери женить его.